Litvek - онлайн библиотека >> Виталий Валентинович Бианки >> Детская проза и др. >> Очерки, рассказы, статьи, дневники, письма

Виталий Валентинович Бианки
Собрание сочинении в четырех томах Том 4 Очерки, рассказы, статьи, дневники, письма

Очерки, рассказы, статьи, дневники, письма. Иллюстрация № 1Очерки, рассказы, статьи, дневники, письма. Иллюстрация № 2

Рисунки В. Курдова
Оформление В. Зенькович

Очерки, рассказы, статьи, дневники, письма. Иллюстрация № 3 Конец Земли Путевые впечатления 1930 года

Борису Степановичу Житкову

В. Бианки, В. Курдов

Очерки, рассказы, статьи, дневники, письма. Иллюстрация № 4
Глава первая
22 июля 1930 года, Ленинград, вокзал. — Лицо времени. — Чаёк. — Соседи. — Поезд тасует часы. — Вологда, Буй, станция Свеча. — Котельнич. — Сутки в Вятке. — Чай, чай, пельмени, цирк. — Надгробные надписи. — Снова в поезде. — Билимбай, Хромпик, Хрустальная и Свердловск.

Люди, люди, люди, люди — идут, бегут, снуют. Тревожно вскидывают глаза вверх: там — над суматошной толпой людей — мёртвое, белое, совершенно круглое лицо. Лицо без глаз — циферблат.

Чёрная стрелка прыгнула — стала: показала 12 часов 14 минут пополудни. Стоит, прямая, точная, готовая к новому — последнему — прыжку.

Толпа задвигалась ещё быстрей, судорожно прильнула к вагонам.

Сквозь окна, сквозь тончайшую нитяную занавесь дождя — лица, лица, лица, испуганные торопливые глаза.

Стрелка прыгнула, на лету сглотнула минуту, ткнула вагон.

Лица поплыли, замелькали белые платочки. Ветер колыхнул нитяную занавесь дождя, полыхнул серебром. Открылись пути, пути, пути. Назад поползли железные, обмызганные пространствами вагоны. Плоские крыши блестят.

Водокачка.

— Мамаша, утритесь! — говорит у меня за спиной Валентин. — Теперь можно и за чаёк.

Чаёк! Едем на край света, на океан, к дикарям, — мало ли что может с нами случиться, может, Ленинград в последний раз видим, а он — чаёк!

Влезаю наверх. Постели стелим на средних полках. На верхних — для багажа — располагаемся пить чай.

Публика в вагоне всё простая, непритязательная. Только под нами на нижней полке всё вертится, устраивается лысенький гражданин с саквояжиком, с портпледом, с письменным прибором.

— Чистоплюйчик, — определяет Валентин.

Всё ему, чистенькому, нехорошо, всё шипит, всем замечания делает: и почему мусор в окно выбросили, а за дверями ящик имеется специальный, и зачем детей столько в вагоне, и двери закройте, за вами швейцары не приставлены!

И всё к нам за сочувствием тянется, голову просовывает.

Пришлось случайно уронить ему на лысину небольшую буханку хлеба. Больше не лез.


* * *
Званка.

Проводник прошёл:

— Закройте окна.

Нашего Ленинграда электромамка — Волховстрой.

В первый раз его увидел. Хорош. И величав, и лёгок, и строг. Река, запруженная плотиной, широка и гладка, — так и тянет бежать на коньках по льду.

Теперь — спать. Ночью ведь не до того было: укладывались.

Самое ценное — ружья — под себя. Остальные вещи — авось ничего: не так важно.


* * *
Просыпаюсь.

На часах — два.

Солнца нет, темноты нет, — ночи нет. Поезд летит, тасует вёрсты, тасует часы. Едем ведь прямо навстречу времени: прямо на восток.

Впрочем, у нас своё, условное, железнодорожное время.

Поезд — минутная стрелка. Станции — цифры на циферблате.

Из Вологды посылаем телеграммы в Вятку, в Свердловск: едем, ждите.

И опять засыпаем.


* * *
Город Буй.

Неподвижно стоят длинные товарные составы. На крышах красных теплушек хозяйственно расселись чёрные галки. Чумазые, с белыми глазами, они смахивают на кочегаров.

Валентин — неумытый, заспанный — хватает карандаши — и к окну.

Поезд трогается.

Валентин на ходу делает быстрые наброски карандашом. Это у нас называется: фотомомент.

Я заношу в дневник разные несущественные мелочи.

Вагон — коммунальная квартира на колёсах. Пассажиры ругаются в очередях к уборным, перезнакомились все, чаи гоняют.

Только мы с Валентином не слезаем со своих полок. Нам ничего не надо. Мы мечтаем.

Шутка ли: решили забраться за Полярный круг, туда, где Земля кончается, начинается её омывающий океан, начинается холод межпланетных пространств.

И этот Конец Земли представляется нам как в детстве: мы свесили головы с края земного шара, всматриваемся вниз, а там ничего.

Страшно. И манит.

За окнами мелькают знакомые места: не раз ездили по Северной дороге. Свой, ближний, домашний Север: не грозный, давно освоенный человеком, совсем ручной.

За крутоярым Галичем дождичек начинается — сенокосный, ласковый. Всё краше кругом места. Мелькнул в лесу дикий голубь — вяхирь. Над полями рыженькие соколики-пустельги висят, трепещут, нисколько не боятся дождя. С луга брызнул выводок серых куропаток, пронёсся шагов с сотню и упал в траву, — как горсть горошин рассыпали. И опять солнце — солнышко-колоколнышко. Места дичные начались. Не то, что у нас под Ленинградом: вороны да грачи, и даже носа не повернут к поезду — привыкли.

— Я бы тут пострелял, — говорю Валентину и выдумываю блестящие выстрелы по воображаемой дичи.

Вот поди ж ты: врёт как настоящий охотник, а сам ещё и десятка выстрелов из дробовика не сделал.

Очерки, рассказы, статьи, дневники, письма. Иллюстрация № 5
* * *
Ночь. Небо в тучах. Дождь.

Станция Свеча, а темно.

Неясные люди с узелками поднимаются на подножки вагонов, нерешительно спрашивают:

— Яиц нада? Табаку нит? Папирос нит?

За осминку махорки — десяток яиц.

Табаком пассажиры не богаты.


* * *
Поезд — минутная стрелка. Станции — цифры на циферблате.


* * *
Котельнич.

В вагон вваливается бородатый дядя в лаптях, за плечами — целый дом в мешке. Лезет на верхнюю полку.

Через минуту сверху начинают сыпаться разные вещи: деревянная ложка, кусок ржаного хлеба, лукошко.

Внизу поднимается всклоченная голова, шипит грозно:

— Деревеншшина. Тебе дома на печке сидеть, не на машине ездить. Стащу вот за ноги и выкину в окошко.

Дядя наверху кротко сопит — и роняет на всклоченную голову лапоть.

— Ат, чертова борода! Враз видать, что с Котельнича. «В Котельниче три мельничи: ветрянича, водянича, паровича».

— Ан и врёшь! — неожиданно загудело сверху. — В Котельниче четыре
Litvek: лучшие книги месяца
Топ книга - Трое в кустах, не считая собаки [Янина Олеговна Береснева] - читаем полностью в LitvekТоп книга - Грёбаная Вселенная [Павел Попов (pavelpopov1)] - читаем полностью в LitvekТоп книга - Парижские мальчики в сталинской Москве [Сергей  Станиславович  Беляков] - читаем полностью в LitvekТоп книга - Дилемма [Бернадетт Энн Пэрис] - читаем полностью в LitvekТоп книга - Полное руководство по переговорам. Пять шагов для создания долгосрочного партнерства [Мелисса Дэвис] - читаем полностью в LitvekТоп книга - Кант. Биография [Манфред Кюн] - читаем полностью в LitvekТоп книга - Лавандовый сад [Люсинда Райли] - читаем полностью в LitvekТоп книга - Академия любви и ненависти (СИ) [Иринья Коняева] - читаем полностью в Litvek